Памяти товарища

Республика простилась с Виктором Семёновым.

Ушёл Поэт. В его маленьком теле жила огромная душа. Светлая и очень ранимая. Многие считали его шутом, паяцем. Но это была маска, которую он носил, которой он защищался от этого жестокого мира. Мне посчастливилось ровно 30 лет назад, в июле 1990 года, в Усть-Цилемской типографии издавать первый сборник стихов Виктора Анатольевича «На чашу весов мы поставили жизнь…»  После моего возвращения мы сидели у меня на кухне — я, Витя, Володя Шаронов, Дима Несанелис и Витя читал нам свои стихи из ещё пахнущего типографской краской сборника. Он читал немного в нос, растягивая строки, даже с каким-то надрывом. И хотелось плакать. Как и сегодня. Мы пили водку. Потом свои стихи читал я, потом читали Мандельштама, Пастернака, Рильке…

Витины стихи были глубоко философски, проникнуты поиском смысла жизни, попыткой осознания сущности бытия.

Потом я организовывал для Вити две археологические экспедиции в Синдор, он неоднократно бывал у меня в музее студенческих отрядов.

К сожалению, мы редко виделись в последнее время.

И вот он ушёл.

Царствие тебе небесное, Поэт. Ты будешь продолжать жить в своих стихах и наших сердцах.

 

 

Соотечественнику

Ты — шут: такая уж эпоха,

ведь, как река из ручейка,

родился гений скомороха

из родового гнойника.

Он праздным и глухим,

безжалостным и безнадёжным,

порою слишком осторожным,

порою слишком удалым.

И промотав напрасно век,

и изолгавшись, и иззлобясь,

родится новый человек,

взращённый бредом и ознобом.

И ты узнаешь в нём себя,

в нём будет боль твоей Отчизны,

он в дом войдёт лишь пьяной тризной,

всё возрождая и губя.

20.07.1977.

***

У древнего горна

На тиглях столетий расплавлена медь.

Ей было отмерено стелами петь

иль отблеском красным сверкать на запястьях —

от глаза дурного храня и напастей.

Мы молча склонимся над каплей металла —

быть может её нам как раз не хватало —

понять, как тягуче бездушное время,

и дальше покорно нести наше бремя.

На чашу судьбы мы поставили жизнь.

На чаше другой — вся парящая высь,

к которой стремились и тело, и разум…

Пусть всё, что свершится, отмерено разом,

но нам не суметь примирить до конца

венчальный наряд и рядно мертвеца.

1984

***

ЗИМА

(или Прощание с летом)

…………………….

5.

Сковал мороз серебряный покой.

Всё ирреально в этом белом мире,

но помнишь ты, что где-то за рекой

поэт бредёт, сроднившись телом с лирой.

Потока нет мертвее той реки,

что отделяет души от живущих,

но голос лиры, страстный и зовущий,

воздвигнет мост из пламенной строки.

…Тогда кругом растает злая мгла,

лишь холод сердца, как предупрежденье

о миге том слепого наважденья,

когда разрушит мир бездумная игра.

18.11.1980

Комментарии закрыты.